отстоявшей от жилища сарацина на девять стадий, они надули меха, крепко завязав, сели
на меха и поплыли по реке, управляя ногами, как веслами, и переплыли на другую
сторону; мясо же, которое взяли в путь, намокнув в воде, потонуло, и осталось его только
очень немного, так что с трудом могло хватить им на три дня. Удовлетворив достаточно
жажду водою из реки, чтобы не жаждать в предлежащем бегстве, они пустились в путь,
быстро поспешая, более ночью, нежели днем, частью из страха сарацин, частью же из-за
солнечного зноя, весьма сильно там палящего; но иногда они шли и днем, хотя и были
опаляемы зноем, и часто озирались назад, боясь, чтобы не погнался за ними господин их.
На третий день, когда Малх и названная жена его на пути обернулись назад, то
увидали издали двух сарацин, которые быстро гнались за ними на двух верблюдах, и
тотчас же поняли, что это господин их гонится за ними по следам, оставленным ими на
песке, и пришли в великий страх, и помертвели, ожидая, что они будут убиты сарацином.
В это время, по промышлению Божию, они заметили направо от себя глубокую пещеру и
вбежали в нее и стали налево при входе, но не входя в глубь самой пещеры, потому что
боялись, избегнув смерти, снова подвергнуться ей, ибо в таких пещерах обыкновенно
обитали дикие звери, или змеи, скорпионы и другие ядовитые гады. И так, боясь смерти с
обеих сторон: и от гонящегося за ними господина и от скрывающихся в пещере, они
стояли в страхе, как бы уже умершие; но при этом они помышляли и то, "если Бог
поможет нам, бедным, то мы избавимся от смерти, а если Бог не снизойдет к нам,
грешным, то пещера эта будет нам гробом".
Между тем сарацин с рабом своим достиг пещеры. Связав верблюдов одного с другим,
он остановился перед входом в пещеру с обнаженным мечом, раба же своего послал
вывести Малха и его спутницу из пещеры, потому что сам хотел умертвить их. Когда раб
вошел в пещеру на расстояние трех или четырех лактей
вошедшему в тень от солнечного света невозможно было увидеть близ стоявших, и они
увидали раба того в спину. Раб же громко восклицал с сильными угрозами:
- Выходите, злодеи, выходите, чтобы быть убитыми! Чего вы медлите? Выходите,
господин ожидает вас.
В то время, как он восклицал это, внезапно из глубины пещеры выбежала львица,
схватила его за горло и, умертвив, повлекла в свое логовище. О преблагий Господи! Сколь
велик Промысл Твой о рабах Твоих и сколь скора помощь Твоя в крайнем бедствии!
Заметили то Малх и его жена, и были они в великой радости вместо боязни от того, что
видели одного врага своего погибшим, ибо не знали про другого, угрожавшего им пред
входом в пещеру. Сарацин, видя, что раб замедлил в пещере, и не слыша более его голоса,
думал, что двое сопротивляются ему одному и, будучи не в состоянии от ярости более
ждать, устремился в пещеру, как стоял, с обнаженным мечом, свирепо рыкая от злобы, как
зверь. Но львица, услыхав его голос, выбежала навстречу ему и, когда он достиг беглецов,
бросилась на него и умертвила его, волоча мимо их в свое логовище.
Видя таковую чудесную и нечаянную Божию помощь и заступление, преподобный
Малх с блаженною тою женщиной возблагодарили Бога за Его превеликое милосердие.
Но и после сего радостного обстоятельства страх не оставлял их, ибо они думали, что
львица умертвит и их; однако они желали лучше погибнуть от зверя, нежели впасть в руки
бесчеловечных людей. Львица же, взяв в зубы своего детеныша, вышла из пещеры. Малх
с названною женою своей долго молча стояли, но, увидав, что львица не возвращается,
вышли из пещеры, когда день уже склонялся к закату. Увидев стоявших вблизи пещеры
верблюдов с запасом пищи и воды, они стали есть и пить; потом, насытившись и
подкрепившись, сели на верблюдов и радостно отправились в путь, благодаря Бога. По
прошествии десяти дней они миновали ту пустыню и приблизились к полкам греко-
римским. Они рассказали все относительно себя начальнику полка, а тот отослал их к
месопотамскому воеводе Савину. Воевода, купив у них верблюдов и радушно
напутствовав их, отослал в их отечество.